Open Close

 

Глеб - руководитель похода в район Кордильера-Бланка (май 2017го)

 

Алена- полиглот, связь с общественностью, разруливатель любых вопросов и проблем

Игорь- завхоз, он же шеф-повар

 

Настя- типа фотограф в походе, собиратель аптечки

 

 

Полетели мы в Перу на три недели из расчета, что этого с головой хватит на акклиматизацию и восхождение на шесть тысяч.  

Разница во времени -8 часов далась крайне тяжело.  Аэропорт встретил тяжелым и приятным морским воздухом. Поселились в хостеле-музее:

Ночная прогулка по безлюдной Лиме показалась безопасной. В центре площади мы одни, по периметру в 1 км одновременно патрулируют три полицейские машины. 

Соседние улицы моют с пеной (местами швабрами).  

На некоторых машинах привязаны красные веревочки. Мы решили, что они так подвеску чинят. 

В городе много библиотек, особенно детских. В центральном банке очень специфическая атмосфера- например золотые двери в лифте (такой себе лифт Пшонки), да и весь банк в странном стиле украинских олигархов. Фотографировать запрещено.

 

Вторую ночь проводим в комфортабельном автобусе, который привозит нас в дождливый Уараз (его еще называют Шамони Южной Америки,- ага, щаз).

Милые морские свинки продаются не в качестве домашних питомцев. Здесь их едят((. 

Идем гулять на горячие источники, не находим их, вместо этого набираем незапланированные 500 метров. Ступенчатая акклиматизация- наше все. Мне плохо уже на этом этапе, 

поэтому фоточек с красивыми видами пока не будет.  Покупаем газ, находим кучу туристических магазинов и прокатного снаряжения, ночуем в отеле без окон. 

Насчет трансфера к озерам мы договаривались с местным Моисеем. Стоимость с человека 40 солей. Торговаться не вышло- Моисей сказал сорок, значит сорок))

Назад, более длинную и сложную дорогу, мы проехали за 16 солей. Вот Тарас умножает либо быстро, либо точно, так вот, чтобы перевести соли в гривны, нужно умножать грубо. Где-то на 9. 

Проезжаем заправку с названием "Эммануель". 

Дорога проходит мимо Юнгая. 31 мая 1970 здесь произошло землетрясение, которое спровоцировало сход сели и замуровало многотысячный город...

Спаслось всего несколько десятков человек. За несколько лет до трагедии, двое американских ученых прогнозировали это событие, но их выслали из страны, с запретом распространять данную информацию.

Приехали мы с кучей туристов под начало тропы, оставили рюкзаки в автобусе, и начали подъем на 600 метров вверх к озеру с романтическим названием "69". 

Первому на 4600 стало плохо Игорьку. 

 

Вокруг открывались чудесные виды, наш гид Родригес зиговал на Писко (на самом деле он оказался Рекардо и просто показывал направление куда нам завтра идти, но в тот момент от недостатка кислорода, это выглядело именно так)

На спуске вниз, буквально за 10 минут до стоянок, горняшка накрывает меня с Аленой, при этом Плису полностью  отпускает. Я совершенно не могу двигаться- каждое движение и шаг отдает в голове адской болью. При этом одновременно тошнит и хочется есть. Пыталась уехать на автобусе вниз, но не смогла к нему подняться 20 метров, так и осталась лежать на земле, пока не подействовало лекарство. 

Все три пластинки "от головы" ушли в течении суток. Кстати, покупала их в Киеве за день до Пасхи. Прихожу в ближайшую аптеку, а там фармацевт: "Что вы, цитрамона нет, завтра ж праздник! Весь разобрали!"

 

На следующий день нам снова нужно набрать 600 метров с ночевки 4000, но уже с рюкзаками. Внизу мы оставляем мешок с едой и ненужными вещами.

 

Доходим довольно медленно, становимся на стоянку вблизи приюта и ждем традиционного послеобеденного дождя, который на этой высоте уже решил проявиться как снег.

 

Перед отъездом из Киева, мы понимали что нас ждет мокрая Писко (Писко- это первая запланированная нами вершина (вторая- Альпомайо), мокрая- в ожидании дождей и никак не заканчивающегося Эль- Ниньо), поэтому я решила взять обычный дождевик, купленный на рынке за 25 грн. Но Глеб выложил эту клееночку и мы поехали в Команду Экс. Там, у очаровательной Люси, купили наверно самую дорогую шмотку в моей жизни- монтейновскую штормовку. Если что- это была реклама мужа))

 

Плохо всем. Перекладываем повыше нашу еду, так как вокруг бегают странные животные, одновременно похожие на белку, кролика и тушканчика. 

И в итоге наш шоколад и сало съедает мимо проходившая корова. 

На следующий день мы ходим гулять вверх- вниз. Ну как гуляем... спускаемся метров 10 по отвесной цепочке, а потом три часа блуждаем по морене в поисках тропы. 

К этому дню съеден почти весь нурофен, парацетамол и спазмалгон.

 

Решаем перебраться в приют. Знакомимся с испанцем и его гидом- перуанкой. В эту ночь они идут на восхождение. Днем в Pisco-hut приходит пара из Москвы. Они в горах первый день и планируют ночевку выше. С виду никаких признаков горняшки нет. Мы завидуем и решаем тоже ночью выходить с испанцем, так как его гид знает дорогу, которую мы пока так и не нашли.

 

01.05.17 Выход в 01.30 ночи (09.30 по-нашему), спуск по навешенной цепочке (метров 10), поиск тропы с ЖПСом, испанцами и интуицией. Блукания, встреча с москвичами, которые вчера тоже не нашли тропу и моренный лагерь, провешивание перил, и к 7 утра мы выходим на снежник. Оставляем один рюкзак с вещами и палками.

Дальше идем в связках, но очень медленно, по дороге оставляем еще один рюкзак, испанцы возвращаются в лагерь, за 200м (по высоте) до вершины оставляем Алену. Идем еще час несчастных 100 метров. Спрашиваю:

- Который час?

- 12,30. 

- Какая высота?

- какая разница...

- А что жпс говорит?

- Он сел.

- Как сел?! Как же спустимся по той морене? Мы ж там снова заблудимся...

- та ладно, как-то спустимся

- Глеб, что с тобой?

- Все хорошо

- Нет, не хорошо. Мне плохо, давайте разворачиваться. 

- Ну давай...

Высота приблизительно 5600. Начинаем движение вниз, Глеб идет первым, но очень медленно, это меня настораживает, через время его начинает сильно шатать.

- Как ты?

- Все хорошо.

- У тебя что-то болит?

- Нет. Все хорошо.

Заладил, хорошо... И тут Плиса решил улететь по склону, я, зарубываясь:

- ГЛЕЕЕЕБ! 

- Все ОК- далеко не упадет.

Плиса тормозит. Фуух. Я не могу понять что с реакцией Глеба. Это все совсем на него не похоже. Обнаруживаем, что Алены нет в том месте, где ее оставили. По- видимому,решила спуститься к рюкзаку. Сама. Без связки. По трещинам. Мое волнение переходит в гнев.

- Глеб! Алены нет! 

- Угу...

- Да что с тобой такое??? Подожди меня.

Солнце палит беспощадно, снег раскис и налипает на обувь. Предлагаю снять кошки, очень мягко, в сослагательном наклонении, дабы никоим образом не обидеть чувства руководителя. 

Подхожу к мужу и понимаю окончательно, что с ним что-то не в порядке.

- Тебе плохо?

- Та нет...

И пытается потерять сознание. Начинаю обтирать виски и шею холодными руками. 

Похоже, он перегрелся... или высота, фиг его знает что это такое. Надо быстро валить вниз.

Глеб лежит. Мы с Игорем снимаем с него все, оставляем только тонкую термуху, чтобы не сгорел. Даю пить. Похоже на тепловой удар.

Глеб выпивает таблетку нурофена, снимаем все кошки и продолжаем медленный спуск. Вижу Аленку и немного успокаиваюсь...Она спит на рюкзаке. На 5400. 

- Алена, быстро валим вниз!

- Угу... Сейчас я намажусь кремчиком... И помадой...

- Нам надо очень быстро спускаться.

- Да. Конечно...

И медленно, медленно мажется кремом. Стараюсь ровно дышать и не психовать. Плиса обнаруживает в рюкзаке непорядок и решает засунуть все кошечки в сумочки. И сложить все аккуратненько.

Очень сложно сдержаться и не орать на всех матом. Прошу Алену поторопить Игоря. Она, видимо, знает волшебное слово, и Плиса тут же закидывает все в рюкзак.

Теперь помчали! Ровно 20 метров. Алена проваливается в снег и застряет. Сама вылезти не может- Игорь ее вытаскивает.

Дальше спуск превращается в пытку. Мы с Глебом проваливаемся каждые 5-6 шагов, Игорь с Аленой каждый шаг, проползаем трещины на жопе, животе и чем получится. Солнце резко уходит за гору, становится холодно и мокро. До конца снежника подать рукой, до темноты осталось два часа. Нужно успеть.

 У Игоря начинается ужасная ангина. Не стоило есть снег, но чтобы за два часа такое произошло с горлом... 

Алена возмущается, что я ее дергаю каждый шаг. Игорь психует и предлагает вывязаться. Глеб:

- Какой на..й вывязаться?! Я тебе, бл.ть, вывяжусь!

Более приятных слов от него не слышала с начала спуска. Ну вот, теперь я узнаю мужа. Руководитель к нам вернулся! 

- Как ты?

- Мне полегчало. Давайте напрямую повесим перила. Этот снег задолбал.

Я дюльферяю первая, ухожу пятой точкой за перегиб снежника, до морены по вертикали метра три...и лечу на камни. Приземляюсь при этом довольно мягко.

- Настя, ты в порядке? 

- кхммм! В полном... Если это можно назвать... порядке...Что это было?!

- Ледоруб вылетел, ты на мне повисла.

Нашли рюкзак. Алена плачет. Крайний раз при мне она плакала в 2003 году. Из-за мальчика. Вот:

 

- Аленушка, что с тобой? Мы же раньше много где мерзли, проваливались и уставали посильнее сегодняшнего дня... 

- Я не знаю, мне просто плохо. 

Это все высота. Спускаемся по морене. Даже не заблудились)) Очень сложный подъем по цепочке, и вот мы в домике. 19.00 - здесь все уже волнуются.

Ночью у Глеба сильнейшая головная боль, меня тошнит, у Плисы воспаляются губы.

- Мне так плохо еще в жизни не было.

- Ты третий человек, который это говорит за эту неделю.

На утро всем полегче, только у Алены пульс больше 90 ударов, и это лежа, после пробуждения. Надо убегать вниз, как назло, в домике просто чудесно. Итальянцы кормят нас завтраком, и лысая девушка

с потрясающе красивым голосом ангельски поет. Она приехала из Италии подработать здесь официанткой месяц, чтобы потом отправиться в Колумбию.

Как по мне, с таким голосом ей нужно в Ла Скала, а не ... Кстати о коке. В Перу листья жуют все и заваривают как чай.

Мы спускаемся в долину и от туда на попутке уезжаем в городок Викверия на 3700м.

 Здесь проводим две ночи, нас кормят местными блюдами (н-р уха-пюре с форелью), пьем кока-ти. Привезла в Киев, кто хочет попробовать- обращайтесь.

Просим на пальцах и нашем испанском Аманду отправить имейл в Украину.  Видимо она нас так и не поняла, сообщение никому не пришло.

 

 

На следующие два дня берем в аренду двух осликов, их сопровождает орейрос Франциско. Идем налегке хоббитскими тропами. Я и правда ощущаю себя персонажем Толкина. До этого подобное чувство было на Писко. Там чудился какой-то Пикник на обочине, ей-богу. Хватало и Серебристой паутины и жгучего пуха. Это были самые приятные два дня похода, ходить без рюкзаков это по-буржуйски, но очень здорово.

   

Очень красивая ночевка перед началом маршрута на Альпомайо. Мы планировали вершину, по ходу дела заменили ее хотя бы на перевал, но в итоге даже на него не смогли выйти.

 

С утра подъем по морене, выход на снежник. И снова очень много снега, все проваливаются, движение медленное, понимаем , что до темноты не усеем подняться на перевал, решаем вернуться к ночевкам на морене и попробовать завтра немного другим путем. 

Плиса остается в лагере

Глеб, Алена и я тропим вверх, пройдя где-то треть пути. Снега немеряно. Глеб принимает решение спускаться вниз. Дюльферяем и делаем фото, которые будут нас потом мотивировать сходить туда еще раз.

Так что самую красивую вершину в мире (таковой Альпомайо признали в 1966 году), можно сказать не увидели. Мы-то на нее посмотрели, но не с самой красивой стороны. 

Погуглите, она и правда шикарна.

Спуск в долину. На большом камне читаем таблички. Все несчастные случае произошли в мае. И тут мы окончательно понимаем, что попали не в сезон. Уж очень много снега, каждый день после обеда снего-дождь и полное отсутствие туристов выше 4600.

 

Решаем отправиться на Мачу Пикчу, за следующий день пробегаем 23 км и уезжаем в Уараз.

Там у Глеба поднимается температура и начинает болеть горло. Алена с Игорем уезжают в Лиму, а мы сидим в отеле и меняем наш маршрут на Паракас.